Depeche Mode

Dave Gahan - Interview

Reply to topic Go to page 1, 2  Next

 Dave Gahan - Interview

03 Aug 2009, 11:37 
User avatar

Country:  Russia (ru)
Dave Gahan

Depeche Mode ★ www.depmode.com

He calls them the Black Swarm. That’s the nickname that front man Dave Gahan has given those particularly obsessive fans who seem to devote their entire lives to following Depeche Mode. Gahan and his bandmates, Martin Gore and Andrew Fletcher, who formed Depeche Mode in 1980, make music for outcasts. But considering the group’s extreme popularity over the past three decades, the Black Swarm may indeed outnumber the normal folks. The magic of Depeche Mode goes way beyond new wave. They write songs that are big enough to serve as arena chants but have all of the twisted personal emotion of diary entries (many fans would choose the 1986 album Black Celebration as the soundtrack of their youth). Last spring, Gahan, Gore, and Fletcher released their 12th full-length album, Sounds of the Universe, and set off on a global tour that was quickly sidelined when Gahan fell ill with a stomach ailment. But the Black Swarm need not despair: The group is back on the road and plans to be through the end of the year.

Actress Chloë Sevigny is a die-hard Depeche Mode fan. She discovered the band’s music in her early teen years in Connecticut, and a poster of Gahan occupied prime real estate on her bedroom wall. Here she talks to the 47-year-old singer about how lonely outsider teenagers become very popular adults.

[scroll]DAVE GAHAN: Hi, Chloë.

CHLOË SEVIGNY: Hi! You’re not in New York?

GAHAN: No, unfortunately. I’m in London right now. We just rehearsed.

SEVIGNY: You’re preparing for the tour . . . You know, I tried to go see Depeche Mode 101 when I was a kid. I was in, like, junior high.

GAHAN: You must have been about 5 or something. [laughs]

SEVIGNY: I was not! I was about 14 or 15. I listened to a lot of music growing up. My father kept very current, and then I had my older brother. But Depeche Mode was the first band that was my own. It was my discovery.

GAHAN: Oh, cool.

SEVIGNY: But I couldn’t raise enough money to buy the concert tickets. My babysitting pay wasn’t really doing the trick. So there was this kid that hung out at the park where I grew up. He was kind of like Damone from Fast Times at Ridgemont High. Do you remember that character? He would sell concert tickets and pot and whatever else. This guy drove a Honda CRX with a WDRE bumper sticker. I went over to his car and was like, “Do you have any tickets for Depeche Mode?” He said, “Yeah, they’re some-odd dollars.” I didn’t have enough so he said, “If you give me a hand job, I’ll give you the tickets.”

GAHAN: Oh! No way.

SEVIGNY: I didn’t know what that was then, believe it or not. So I went back to my friends who were in another car and was like, “He said he’d give them to me if I gave him a hand job.” My friends said, “No! Don’t do it!”

GAHAN: Oh, my god.

SEVIGNY: So I never got to see 101, but I saw you guys many times after that. One of my favorite parts about seeing you live is what you do between song lyrics onstage. You do this thing where you move the microphone away from your face and you murmur to yourself or say something.

GAHAN: [laughs] Yeah, I do, yeah.

SEVIGNY: I was always curious what you’re saying. Do you feel limited by the songs, like you have to break out of the song a bit?

GAHAN: You’re onto something there. Actually, I thought about that yesterday when we were performing, because I also do my solo stuff. I kind of put together a separate band with the guys I knew from Los Angeles: Martyn LeNoble, who plays bass with me and comes from Porno for Pyros, and Victor Indrizzo, my drummer, who was with Beck. It’s very different from Depeche stuff, where everything is really settled and in place. I’m kind of the wild card—I’m that part of the band. And sometimes I get frustrated with the limits that I’m confined to. The way it works is very structured.

SEVIGNY: But those moments onstage are so dynamic.

GAHAN: That’s the animal in me. That’s the animal breaking out of the cage.

SEVIGNY: Another large part of the live shows is the fact that they become sing-alongs. The crowd gets to chant. Can you hear the crowd from the stage? Is it loud?

GAHAN: Oh, yeah. I mean, I don’t use in-ear [monitoring] like a lot of people use live. I still have live monitors. I’m kind of old-school. I have to feel the audience. I enjoy that feeling of community. There’s something sort of spiritual about it in a lot of ways. It’s like we’re all doing this together. You can really hear the people—especially at some of the gigs we’re going to be playing on tour. We started in Tel Aviv, where we played in a huge football stadium like when we played 101. But it’s like that all across Europe. We’ve never actually done a whole stadium tour like this, so it’s gonna be pretty crazy. I know some of those gigs are gonna be wild.

SEVIGNY: What are the best cities in terms of fans?

GAHAN: L.A. is always great. There’s something special about L.A. And New York, for me, because it’s home. There’s nothing quite like walking onstage at Madison Square Garden.

SEVIGNY: I saw you at Madison Square Garden.

GAHAN: I think I always kind of try that much harder because it’s home. I have a sense of duty there. But L.A.’s great. It’s different all over Europe. Like in Italy, everybody sings, and not just during the songs, but chants in between them—a whole football field. Milan is great. Paris is fantastic. London is tough—everyone’s a bit too cool for school.

SEVIGNY: Yeah, I’ve been to shows there. I’ve felt that.

GAHAN: It feels like when I come to London, the big gates close on me. It’s not my home. But Poland’s crazy, Prague is great, Budapest . . .

SEVIGNY: Do you think it’s the kids who are alienated who come to those cities that especially embrace the band? I feel like there is much more passion from the degenerates, the outcasts . . .

GAHAN: That’s always what it’s been. It’s always been the kids who weren’t so included in school—where something wasn’t quite right, and they weren’t like the other kids.

SEVIGNY: Yeah, I remember what that’s like.

GAHAN: I remember, when I was a kid, I could fake it pretty good. I had lots of different groups of friends. There were kids that sort of went to gigs and discos, the kids that hung out on the street and stole cars and stuff like that. I never stayed long enough for anyone to really get to know me, and that seems to be a bit of a pattern in my life. I think Martin [Gore] and I were both like that. We grew up with similar backgrounds. We both had stepfathers who we thought were our dads but weren’t. We grew up in a similar sort of distrusting way. So, you know, there are a lot of people like that out there—and I think Depeche Mode music somehow appeals to the oddball, to the person who is looking for something a little bit different.

SEVIGNY: But for a band that appeals to the outcast, you’ve sold a gazillion records.

GAHAN: There are a lot of freaks out there. [both laugh]

SEVIGNY: I wanted to ask you about the genesis of the twirling microphone. When did you start that? It captivates all of us ladies.

GAHAN: Well when it all began, before Martin would come down and play guitar with me, it was very much me on my own. Then eventually there was Alan [Wilder] and Fletch [Andrew Fletcher] and Martin, all up in their pods playing with the electronics and stuff. And I was down in front on my own. So I had to create my own little world. I mean, it was fine when we were playing little clubs and theaters. But all of a sudden it was, like, 200-foot stages that just felt so empty. That’s when I started to go into my own world and act out each song physically as well as with my voice. So the microphone stand became my partner . . . my dancing partner.

SEVIGNY: It’s so beautiful, the way you dance with it. Don’t you get dizzy with the twirling, or do you do it like a ballerina, where you look at one place?

GAHAN: I defy gravity, yeah. I don’t know how I stand up sometimes, but it can get a little out of control. It actually takes a few gigs to get into that again. It’s weird. There are different things in my performance that just kick in. Like if I don’t do certain things, it doesn’t feel like I’m doing a proper job.

SEVIGNY: That you’re not giving it your all.

GAHAN: I can’t go back now. When I started out I was like a shoegazer. I was terrified—I’m still terrified, but I just do a better job at covering that up. Years ago, when I was in my late teens, the best I could do was cling onto the microphone and stare at the floor. But over the years I’ve developed a way to use my body that helps.

SEVIGNY: I was reading online a bit, and you hinted at some songs that you might be playing in the new tour. And I was wondering if there was a chance you’d play “Stripped.”

GAHAN: Yep. There’s a very good chance that you will be seeing that one. And some old stuff, too. We’ve been rehearsing “Strange Love” and “Master and Servant.” It’s a little weird doing those, actually.

SEVIGNY: When you go back to singing early songs, like “Enjoy the Silence” or “Blasphemous Rumours”—and those are very deep songs—do they take on a different meaning than they did when you were a young man?

GAHAN: Yeah. Certain songs like “Enjoy the Silence”—to me, it always fits anywhere. There’s something about that song that’s really timeless, and I never get bored or feel like I have to muster something up. There’s real audience participation to that song, too, which helps. “Stripped” is also a bit of an anthem, so the audience really goes along. It’s always like the song at the end of time.

SEVIGNY: It’s a tearjerker. [Gahan laughs] I know when I’ve done plays with a long run, I’ve discovered new things as I’m saying the lines over and over again every night. But you’ve played these songs thousands and thousands of times. It must be hard to find the passion.

GAHAN: I worry about that sometimes. If I ever felt that happening, I would just say we really can’t do this anymore. I wouldn’t want the band to hate it or teeter out into complete nostalgia or whatever. There can be something great about that as well. Like, I understand when people still go to see the Stones. I mean, I saw them in New York at the Beacon Theater when [Martin] Scorsese was doing his documentary, and I was blown away by how good they were. But at the same time I was thinking, Wow, I don’t want to be doing this when I’m that old. [laughs]

SEVIGNY: I feel like gradually, from the earlier records to now, the sounds have been getting, maybe not darker, but more masculine, less dancey. Has that been a conscious decision?

GAHAN: I think it kind of happened organically. Going in to make Sounds of the Universe, we had more songs written between us than we ever have, and we tried to record all of them and compile the album from that. I still think of an album being an album. I think of it as having two sides, and the first side’s got to begin and end, and then the other side starts. But I think for some of the songs, in terms of instrumentation, we went back to more retro, dancey stuff. Vocally, I really like going into the darker side of myself. I like the feeling of redemption in a song where you get lifted from this dark place by the music and the melody. Even if the lyrics are really dark and twisted, I like a melody that lifts you. Music can do that. I still hold on to the idea that a record can really change the way I feel. It’s the only thing that does that instantly—you know, without consequences. [laughs]

SEVIGNY: Can I ask a little bit about the stage clothes? Fashion is one of my big hobbies.

GAHAN: Yeah, I noticed that you always wear pretty terrific outfits.

SEVIGNY: I feel like in the early days you were wearing some Gaultier, maybe?

GAHAN: Yeah, I did. You’re right.

SEVIGNY: And Martin was more into the kind of S&M stuff. Did you ever have a designer who did your stage clothes, or did you dress up all on your own?

GAHAN: Oh, no, we just all did our own thing. We’re still kind of like that, too. Even if I sit down with someone to work out what I’m going to wear, the way I want my suits to look, whatever, I sit with them and we draw up pictures and I pick the fabrics. I like doing that. I actually went to art school and dropped out in the third year. But one of the subjects that I really stayed with the longest was fashion. It was probably because the only guys in the class were me and this other guy, Iver, and the rest of the class was girls, so we got a lot of the attention.

SEVIGNY: [laughs] Who do you hire to make your suits?

GAHAN: On the last tour, Johan Lindeberg worked with me on the designs. For this tour, I worked with this girl in New York, April Johnson. She’s a stylist, and we sat down and drew up stuff. Martin’s also got some terrific outfits. But he’s dropped the wings. He thought it was time to put the wings away.

SEVIGNY: You guys both always had amazing looks, and the rest with their mock turtlenecks and long shorts and old leather jackets . . .

GAHAN: Yeah. I love the stuff in the beginning that we’d just get from thrift stores and put together. We really never had the money. If we ever did get some, the first thing we’d do is buy something expensive like a Jean-Paul Gaultier leather jacket or something. [laughs]

SEVIGNY: Do you wear the same thing every night, or do you mix it up?

GAHAN: I mix it up, I wear different things, but once I get into something that I really like, then I’ll have like four outfits done exactly the same, because I like to get into character for the whole thing. And once I get into it, it’s hard for me to jump out. I stay there. The thing about Depeche songs is that they’re so descriptive. For me, they tell some kind of story about a character who’s trying to redeem himself or to find something to believe in—some kind of faith or hope. We go about it in very destructive ways but hopefully come out the other side.

SEVIGNY: How many kids do you have?

GAHAN: I have a son who’s 21—he’s not so young anymore. He’s a man now. Then I have a 16-year-old stepson, Jimmy, and I have a 9-year-old daughter, Stella Rose.

SEVIGNY: I was wondering: One of Nick Cave’s sons is kind of modeling now, and he’s around, and, of course, there are all these young kids in New York who are sons or daughters of famous people—musicians or actors—and are kind of getting into the biz or being scenesters DJing and whatnot . . . Do you try to steer your own children away from that type of thing?

GAHAN: Yeah, my oldest son who lives in London is into music and he does his own thing and I know he wants to play music. He works for a promotion company. But my son in New York, Jimmy, he’s into basketball. It’s all about the Knicks.

SEVIGNY: I’ve never seen you at a Knicks game. I go all the time.

GAHAN: Oh, I’m at Knicks games sometimes. But Jim is always there. Playing basketball is a bit like being in a rock ’n’ roll band: It takes discipline to go out there and do something every night.

SEVIGNY: Being in a band is like being an athlete.

GAHAN: Yeah. I put on quite a show, and I pride myself on that. Because I go and see a lot of bands and sometimes I can feel let down. There are a few performers that I think are really great, like Nick Cave or Iggy Pop, who just throw themselves into the performance. But then you go and see people and they are so half-assed.

SEVIGNY: I get super starstruck. I met Siouxsie Sioux in London, and I couldn’t even—I mean, she’s so much of a hero and an icon to me.

GAHAN: I get a little intimidated by certain people like that as well. She’s pretty intimidating, Siouxsie. She’ll sort of slap you down pretty quick.

SEVIGNY: Talk about putting on a good show, too.

GAHAN: She’s great. I used to get really terrified by meeting people who I respected and liked. I met David Bowie once and I was terrified because I thought, what if I don’t like him? But he was really nice. We got on fine. I’m a big Bowie fan. I fall back on his stuff all the time. If I’m feeling a certain mood, I know I can put on Ziggy Stardust (1972) or Aladdin Sane (1973) and my mood will completely change. It just takes me to a place where I wanted to go when I was a teenager. It’s like where Bowie was, I wanted to go.

SEVIGNY: That’s why I think still performing the songs live even if you’ve done them a gazillion times is important to the fans. It brings them back to where they were as teenagers.

GAHAN: It’s true. That’s what I try to focus on as well. Like if I’m feeling a bit like I can’t do it tonight, or if I’m thinking about if they’ve got room service at the hotel or something [Sevigny laughs] and I drift off for a second and then I suddenly pull it back in, because it’s difficult to ignore Depeche Mode fans. They demand so much from you. That’s what a Depeche Mode show is. It’s a combined effort. And I always say it’s much bigger than us. It always has been. It’s like an entity, and it’ll be there long after we’re gone.

SEVIGNY: And you have some crazy, fanatical fans.

GAHAN: Yeah. It gets a bit scary in some places. We call them the Black Swarm.

SEVIGNY: Oh, I like that! Morrissey calls his superfans the Irregular Regulars.

GAHAN: [laughs] We have the Black Swarm, and literally in Europe you’ll see them at every show. I don’t know what they do. They work, I guess, and then once we do a tour, they buy tickets for all the shows.

SEVIGNY: Do they hang around the hotel, too, and stuff like that?

GAHAN: Some of them. They’re pretty cool, so we try to take care of them. Some of them can get pretty nutty, but they’ve learned over the years that timing is really important. I mean, if I’m with my family, I don’t want any of that around. I feel very protective around my kids. The boys can take care of themselves, but around my wife and daughter it’s like, not now. If they cross that line, I can get a little testy.

SEVIGNY: When you say that the band takes care of them, do you mean you hook them up with tickets?

GAHAN: Yeah, especially some of the ones who are traveling. You know they haven’t got tickets and you try and get them sorted out. Sometimes we’ve put fans on trains or planes and stuff to get them to the next place.

SEVIGNY: The Black Swarm. I love that.[/scroll]

Chloë Sevigny is an Academy Award– and Golden Globe–nominated actress and a fashion designer. She can currently be seen on the HBO series Big Love.

By Chloë Sevigny
Photography Willy Vanderperre (April 2009, New York)

© 2009


Depeche Mode


05 Aug 2009, 13:58 
User avatar
Хорошее интервью! :ges_up:


Depeche Mode


10 Aug 2009, 17:09 
User avatar


Depeche Mode


18 Aug 2009, 17:27 
User avatar
Мне тоже очень понравилось!


Depeche Mode


19 Aug 2009, 09:57 
User avatar

Country:  Russia (ru)
Я понимаю, что все здесь хорошо переводят про себя, но нельзя что ли перевести и выложить, все-таки форум русскоязычный....


Depeche Mode


19 Aug 2009, 12:41 
User avatar

Country:  Honduras (hn)
По просьбе многоуважаемого DepAnd..как смог перевел

[scroll]Он называет их Черном Swarm. Это прозвище, что фронт мужчин Dave Gahan дал этим особенно навязчивые поклонники, которые, как представляется, посвятить всю свою жизнь на следующий Depeche Mode. Gahan и его bandmates, Мартин Гор и Эндрю Флетчер, который сформировал Depeche Mode в 1980 году, сделать музыку для изгнанников. Но учитывая группу крайней популярности на протяжении последних трех десятилетий, Черного Swarm, возможно, действительно больше, чем нормальных людей. Магия Depeche Mode образом выходит за рамки новой волны. Они пишут песни, которые имеют достаточно большой служить ареной песнопения, но все эти личные эмоции скрученными из дневников (многие фанаты будут выбирать в 1986 году альбом Черный праздник в качестве саундтрека их молодежь). Прошлой весной, Gahan, Гор и Флетчер выпустила 12-полноформатный альбом, "Звуки Вселенной, и отправились на глобальном тур, который был в стороне, когда быстро Gahan заболел живот с недугом. Но Черный Swarm не отчаяние: группа возвращается на дорогу, и планирует быть до конца этого года.

Актриса Chloe Sevigny является твердолобый Depeche Mode вентилятора. Она обнаружила группа музыка в ее ранних подростковых лет в Коннектикуте, а также плакат Gahan оккупированных премьер недвижимости по ее спальне стены. Вот она общается с 47-летней певицы о том, как одиноко аутсайдером подростки становятся очень популярными взрослых.

DAVE GAHAN: Привет, Chloe.

Chloe SEVIGNY: Привет! Вы не в Нью-Йорке?

GAHAN: Нет, к сожалению. Я в Лондоне уже сейчас. Мы просто репетировали.

SEVIGNY: Вы готовились к турне. . . Вы знаете, я пытался идти увидеть Depeche Mode 101, когда я был ребенком. Я был в, например, младший высока.

GAHAN: У вас должно быть около 5 или что-то. [смеется]

SEVIGNY: я не был! Мне было около 14 или 15. Я слушал много музыки растут. Мой отец храниться очень тока, а затем я был моим старшим братом. Но Depeche Mode была первая группа, которая была моей. Это было мое открытие.

GAHAN: Ах, здорово.

SEVIGNY: Но я не сумеет собрать достаточно денег, чтобы купить билеты на концерт. Моя няня платить было не выполнить трюк. Так что этот парень, что вывешивается в парке, где я вырос. Он был из рода, как Damone быстры раз в Ridgemont Высокий. Вы помните, что характер? Он хотел бы продавать билеты и концерт кастрюлю и независимо от остальных. Этот парень управлял Honda CRX с WDRE бампере наклейка. Я пошел к своей машине и был, как "Есть ли у вас билеты на Depeche Mode?" Он ответил: "Да, они примерно с лишним долларов." Я не хватало и он сказал: "Если вы даете мне руку задание, я дам вам билет. "

GAHAN: Oh! Нет.

SEVIGNY: Я не знаю, что это было тогда, хотите верьте, хотите нет. Так что я вернулся к моим друзьям, которые находятся в другой машине, и было похоже, что он говорит, что он бы им на меня, если я дал ему в руки рабочих. "Мои друзья сказали:" Нет! Не делайте этого! "

GAHAN: Ах, мой бог.

SEVIGNY: Так я не попал в 101 см., но я видел, вы, ребята, не раз после этого. Один из моих любимых частей поводу того, что Вы живете, что вам делать между песни на сцене. Вы делаете это, когда вы перемещаете микрофон от вашего лица, и вы шум для себя или что-то сказать.

GAHAN: [смеется] Да, я, да.

SEVIGNY: Я всегда был любопытным то, что вы говорите. Чувствуете ли вы ограничены в песнях, как и вы, чтобы вырваться из песни немного?

GAHAN: Вы на то, существует. На самом деле, я думал о том, что вчера, когда мы выполняли, потому что я также мои сольные вещи. Я рода создать отдельную группу с парнями я знал из Лос-Анджелеса: Мартин Ленобль, бас, который играет со мной и происходит от Порно для Pyros, и Виктор Indrizzo мой барабанщик, который был с Бек. Это очень отличается от Depeche вещи, где все это реально и поселились на месте. Я вида диких карт-I'm что часть полосы. А иногда я получаю недовольны ограничениями, которые я ограничен. Как это работает очень структурированный.

SEVIGNY: Но эти моменты на сцене столь динамичной.

GAHAN: Это животное во мне. Это животное выход из клетки.

SEVIGNY: Еще одна значительная часть живого свидетельствует тот факт, что они стали петь-alongs. Толпа становится на распев. Можете ли вы услышать толпу со сцены? Есть ли громко?

GAHAN: Ах, да. Я хочу сказать, что я не использую в ухе [мониторинга], как много людей используют жить. Я до сих пор живут мониторов. Я рода старой школы. Я должен чувствовать публику. Мне нравится это чувство общности. Там что-то вроде духовного об этом во многих отношениях. Это, как мы все делаем это вместе. Вы можете слышать людей, особенно на некоторых концертах мы будем играть на гастролях. Мы начали в Тель-Авиве, где мы играли в огромном стадионе, когда мы играли 101. Но это, как по всей Европе. Мы никогда на самом деле проделал весь стадион туры, как это, так что очень хочу быть сумасшедшим. Я знаю некоторых из этих концертов являются Gonna Be дикой природы.

SEVIGNY: Каковы оптимальные городов с точки зрения болельщиков?

GAHAN: Л.А. всегда велик. Там что-то особенного в Лос Анджелесе и Нью-Йорке, для меня, потому что он дома. Там лучше всего ходить на сцене в Madison Square Garden.

SEVIGNY: Я видела вас на Мэдисон Сквер Гарден.

GAHAN: Я думаю, что я всегда рода попробовать, что гораздо труднее, потому что он дома. У меня есть чувство долга существует. Но Л.А. 'S велик. Она уникальна по всей Европе. Как и в Италии, все поет, а не просто во время песни, но пение в период между ними всего-футбольное поле. Милан велик. Париж это просто фантастика. Лондон является жестким каждого слишком прохладно для школы.

SEVIGNY: Да, я был там показаны. Я считал, что.

GAHAN: он чувствует себя, когда я прихожу в Лондон, большие ворота закрыть меня. Это не мой дом. Но в Польше сумасшедшие, Прага велик, Будапешт. . .

SEVIGNY: Считаете ли вы, что дети, которые отчуждены, которые приезжают в эти города, что особенно охватывают диапазон? Я чувствую, как там гораздо больше страсти от выродков, в изгоев. . .

GAHAN: Вот то, что оно всегда было. Это всегда были дети, которые не были включены в такие школы, где-то было не совсем верно, и они не были, как и другие дети.

SEVIGNY: Да, я помню, что это похоже.

GAHAN: Я помню, когда я был маленьким, я мог бы его поддельной неплохо. Я много разных групп друзей. Были дети, которые вроде пошли на концерты и дискотеки, ребята, которые висели на улицу и угнали автомобили и прочее подобное. Я никогда не находился достаточно долго, для тех, кто по-настоящему узнать меня, и это, кажется, немного шаблон в моей жизни. Я думаю, Мартин [Гора], и мне было так, как это. Мы выросли с аналогичными фона. Мы оба были отчимы, которые мы думали, были наши папы, но не были. Мы выросли в подобного рода distrusting способом. Так что, вы знаете, Есть много людей, как и что там, и я думаю, Depeche Mode музыку-то призывы к oddball, для человека, который ищет что-то немного разные.

SEVIGNY: Но для группы, что призывы к изгоем, Вы продали gazillion записями.

GAHAN: Есть много выкрутасы там. [оба смеются]

SEVIGNY: Я хотел бы спросить вас о генезисе twirling в микрофон. Когда вы начинаете что? Он завораживает всех нас дамы.

GAHAN: Ну, когда все началось, до Мартина бы спуститься и играть на гитаре со мной было очень много мне о моей собственной. Затем в конце концов был Алан [Wilder] и Fletch [Эндрю Флетчер] и Мартин, все в их стручки играя с электронику и прочее. И я была в передней на мою собственную. Поэтому я должен был создать мой собственный маленький мир. Я хочу сказать, что он был штраф, когда мы играли немного клубов и театров. Но вдруг он, как, 200-футовый этапах считали, что именно так пусто. Вот тогда я начал искать в моем собственном мире и действовать в каждой песне физически, а также с моим голосом. Так микрофон стенда стал моим партнером. . . мои танцевальные партнера.

SEVIGNY: Это так красиво, так, как вы с ней танец. Вы не получите головокружение с twirling, или ты делаешь это, как балерина, когда вы смотрите на одном месте?

GAHAN: Я не поддаются тяжести, да. Я не знаю, как я иногда встать, но он может получить немного из-под контроля. Это действительно занимает несколько концертов, чтобы в этот раз. Это странно. Существуют разные вещи в моем исполнении, что именно удар дюйм, как если я не буду делать определенные вещи, он не чувствует, как я делаю надлежащую работу.

SEVIGNY: что вы, не придавая ему все ваши.

GAHAN: Я не могу вернуться сейчас. Когда я начинал, я был похож на shoegazer. Я был напуган I'm-прежнему напуганы, но я просто сделать лучше, что на покрытие вверх. Много лет назад, когда я был в моем возрасте, лучшие я мог сделать, это держаться на микрофон и уставился в пол. Но на протяжении многих лет я разработал способ использовать свое тело, что помогает.

SEVIGNY: Я читал в сети немного, и вы намекали на некоторые песни, которые вы, возможно, будет играть в новом туре. И я был интересно, существует ли возможность что нужно играть "Stripped".

GAHAN: Да. Там это очень хороший шанс, что вы будете видеть, что одна. А некоторые старые вещи, тоже. Мы много репетировали "Странная любовь" и "Мастер и слуга." Это немного странно делать те, на самом деле.

SEVIGNY: Когда вы идете к пению начале песни, как "Наслаждайтесь Silence" или "богохульного Слухи" и они очень глубокие песни-они приобретают иной смысл, чем они делали, когда вы были молодым человеком?

GAHAN: Да. Некоторые песни, как "Наслаждайтесь Молчание"-для меня она всегда вписывается в любом месте. Там что-то о том, что песня действительно вневременной, и я никогда не скучно, и хочется мне придется проявить то вверх. Там реальной аудитории участие в этой песне, тоже, который помогает. "Stripped" также немного гимн, так что зрители действительно выходит вместе. Он всегда нравится песня в конце времени.

SEVIGNY: Это один tearjerker. [Gahan смеется] Я знаю, когда я сделал играет в долгосрочной перспективе, я обнаружил новые вещи, как я говорю линии снова и снова, каждый вечер. Но вы играли эти песни тысячи и тысячи раз. Оно должно быть трудно найти страсть.

GAHAN: меня беспокоит, что иногда. Если я когда-либо мнение о том, что происходит, я хотел бы просто сказать, что мы действительно не можем делать этого больше. Я не хочу полосе ненавидеть или пошатывание из в полный ностальгии или независимо. Там может быть что-то большое, что примерно также. Как я понимаю, когда люди еще пойти, чтобы увидеть камни. Я хочу сказать, что я видел их в Нью-Йорке в театре Beacon, когда [Мартин] Скорсезе делает его документальный фильм, и я был ветром за тем, насколько они были хорошие. Но в то же время я думал, Ого, я не хочу делать это, когда я что старые. [смеется]

SEVIGNY: Я чувствую, как постепенно, начиная с ранних записей в настоящее время, звуки были получить, не может быть темнее, но мужчины, менее dancey. Ли, что было сознательное решение?

GAHAN: Я думаю, что рода произошло органично. Переход в вносить Звуки Вселенной, у нас было больше песен, написанных между нами, чем когда бы то ни было, и мы старались учитывать все из них и собрать из этого альбома. Я все еще думаю о альбома в альбом. Я думаю, это как с двух сторон, и первая сторона получила для начала и конца, а затем с другой стороны начинается. Но я думаю, что некоторые песни, в плане оборудования, мы вернулись к более ретро, dancey прочее. Вокально, я действительно хотел происходит в темную сторону себя. Мне нравится ощущение выкуп в песне, где вы получите отменены из этого темного места на музыку и мелодии. Даже если стихи очень темные и закручены, мне нравится мелодия, что поднимает вам. Музыка может делать это. Я до сих пор держаться на мысль о том, что запись действительно может изменить так, как я чувствую. Это единственная вещь, которая делает это мгновенно вы знаете, без последствий. [смеется]

SEVIGNY: Могу ли я попросить немного о сцене одежду? Мода является одной из моих больших увлечений.

GAHAN: Да, я заметила, что вы всегда носить довольно грандиозные костюмы.

SEVIGNY: Я чувствую, как в первые дни вы были одеты в некоторых Gaultier, может быть?

GAHAN: Да, я и сделал. Вы правы.

SEVIGNY: А Мартин был более в виде S М И прочее. Вы когда-нибудь есть дизайнер, который сделал сцену одежду, или же вы одеваются все на свои собственные?

GAHAN: Ах, нет, мы только что сделали все наши собственные вещи. Мы все еще вида, как, тоже. Даже если бы я сидеть с кем работать, что я буду носить, как я хочу, чтобы мои костюмы смотреть, независимо, я сижу с ними, и мы составим картины, и я подобрать ткани. Мне нравится делать это. Я на самом деле отправился в художественную школу, и бросили в третьем году. Но одной из тем, что я действительно находился в самой длинной была мода. Он был, вероятно, только потому, что ребята в классе были мне, и это парень, Iver, а остальная часть класса была девочка, так что мы получили много внимания.

SEVIGNY: [смеется] Кто вы нанять, чтобы ваш костюм?

GAHAN: В последний тур, Йохан Линдеберг работал со мной по конструкции. Для этого тура, я работал с этой девушкой в Нью-Йорке в апреле Джонсон. Она один стилист, и мы сели и разработали материал. Мартин также получили некоторые грандиозные костюмы. Но он упал на крыло. Он подумал, что пришло время поставить вне крылья.

SEVIGNY: Вы ребята как всегда был удивительно выглядит, а остальные со своими макет turtlenecks и длинные шорты и старые кожаные куртки. . .

GAHAN: Да. Я люблю вещи в самом начале, что мы просто получаем от бережливость магазинов и положить вместе. Мы действительно никогда не было денег. Если мы все же получить, первая вещь, которую нам нужно сделать это купить что-то дорогое, как Жан-Поль Готье кожаная куртка или что-то. [смеется]

SEVIGNY: У вас носить одно и то же каждую ночь, или вы его смешивать?

GAHAN: Я Zapping, я носить разные вещи, но как только я получаю на то, что мне действительно нравится, то я хотел иметь четыре костюмы сделали ровно то же самое, потому что я хочу получить в характере для всего вещь. И однажды я попасть в нее трудно для меня выпрыгнуть. Я там. Дело о Depeche песен заключается в том, что они так описательными. Для меня, они говорят о какой-то рассказ о характере, кто пытался выкупить себя или найти что-то поверить в какой-то вера и надежда. Мы ходим в весьма деструктивный путь, но мы надеемся выйти на другую сторону.

SEVIGNY: Сколько детей у Вас есть?

GAHAN: у меня есть сын, который в 21-он не очень молодых больше. Он человек, в настоящее время. Тогда у меня есть 16-летний пасынок, Джимми, а у меня 9-летняя дочь, Стелла Роуз.

SEVIGNY: Я был интересно: Одно из Nick Cave сыновей является видом моделирования в настоящее время, и он вокруг, и, разумеется, Есть все эти молодые дети в Нью-Йорке, которые сыновей или дочерей знаменитых людей-музыкантов или субъектов и являются Получение вида на BIZ или scenesters DJing и whatnot. . . Вы попробуйте направить ваши собственные дети от такого рода вещи?

GAHAN: Да, мой старший сын, который живет в Лондоне, это в музыке, и он делает свое собственное дело, и я знаю, что он хочет играть музыку. Он работает для содействия компании. Но мой сын в Нью-Йорке, Джимми, он в баскетбол. Это все о Knicks.

SEVIGNY: Я никогда не видел вас на Knicks игры. Я все время.

GAHAN: Ах, я на Knicks игр иногда. Но Джим всегда существует. Играя в баскетбол это немного времени, как в рок-н-ролл группа: Он принимает дисциплины выйти там и делать-то каждый вечер.

SEVIGNY: Находясь в группе, как в качестве спортсмена.

GAHAN: Да. Я ставлю на достаточно показать, и я гордостью я на этот счет. Потому что я пойти и посмотреть, много полос, а иногда и я могу чувствовать себя опускать. Есть несколько исполнителей, которые я считаю очень большим, как Nick Cave и Iggy Pop, кто просто броситься в исполнении. Но тогда вы идете и видеть, как люди, и они настолько половины assed.

SEVIGNY: Я получаю супер starstruck. Я встречался Siouxsie сиу в Лондоне, и я даже не-Я хочу сказать, что она так много героя и значок для меня.

GAHAN: я получаю немного запугиванию со стороны некоторых людей, как, что, как хорошо. Она довольно запугать, Siouxsie. Она будете рода заляпать вы довольно быстро.

SEVIGNY: Поговорим о сдачи на хорошее шоу, тоже.

GAHAN: она велика. Я использовал для получения действительно ужас на встрече людей, которых я любил и уважать. Я встретил Дэвида Боуи, и однажды я был напуган, потому что я подумал, что если я не люблю его? Но он был очень красивым. Мы попали на штраф. Я большой фан Боуи. Падаю обратно на его вещи все время. Если мне определенное настроение, я знаю, я могу поставить на Ziggy Stardust (1972) и Сан Aladdin (1973), и мое настроение полностью измениться. Она просто принимает меня в такое место, где я хотел бы перейти, когда я был еще подростком. Это как когда Боуи, я хотела пойти.

SEVIGNY: Вот почему я думаю, еще исполняющая песни живут, даже если вы сделали их gazillion раз важен для болельщиков. Он приносит их обратно, когда они были подростками.

GAHAN: Это правда. Вот что я пытаюсь сосредоточиться на а. Как, если я, кажется, будто я не могу сделать это сегодня вечером, или, если я думал о случае, если они есть номер в гостинице или что-то [Sevigny смеется], и я от сноса на второй, а потом я неожиданно тянуть его обратно, ибо это трудно игнорировать фанатов Depeche Mode. Они требуют так много от вас. Вот какая Depeche Mode шоу. Это в сочетании усилий. И я всегда говорю это гораздо больше, чем нам. Она всегда была. Это похоже на лицо, и она будет там долго после того, как мы уже прошли.

SEVIGNY: А у вас есть некий сумасшедший, фанатичных поклонников.

GAHAN: Да. Она становится немного страшно в некоторых местах. Мы называем их Черном Swarm.

SEVIGNY: О, мне это нравится! Morrissey призывает его superfans Неправильные регулирование.

GAHAN: [смеется] Мы Черного Swarm, и буквально в Европе, вы увидите их на каждом шоу. Я не знаю, что они делают. Они работают, я думаю, а затем один раз мы делаем тур, они покупают билеты на все шоу.

SEVIGNY: Есть ли они висят вокруг отеля, слишком, и такие вещи, как это?

GAHAN: некоторые из них. Они довольно прохладно, поэтому мы стараемся заботиться о них. Некоторые из них можно получить очень вкусный, но они уже узнали на протяжении многих лет, что сроки действительно важно. Я имею в виду, если я с моей семьей, я не хочу о том, что какой-либо вокруг. Я чувствую себя очень защитных вокруг моих детей. Мальчики могут заботиться о себе, а вокруг моей жене и дочери это сделать, не сейчас. Если они пересекают эту линию, я могу получить немного вспыльчивый.

SEVIGNY: Когда вы говорите о том, что группа заботится о них, вы имеете в виду вы крючком их с билетами?

GAHAN: Да, особенно в некоторых из тех, которые путешествуют. Вы знаете, они еще не получили билеты и вы попробуйте, и получить их отобрали. Иногда мы положить болельщиков на поезда или самолеты и прочее, чтобы они к следующему месту.

SEVIGNY: Черное Swarm. Я люблю это.

Chloe Sevigny является Академия премии и Золотой глобус назначенных актриса и модельер. Она в настоящее время может быть замечен на HBO серия Большая Любовь.

По Chloe Sevigny
Фотография Вилли Vanderperre (апрель 2009 года, Нью-Йорк)[/scroll]


Depeche Mode


19 Aug 2009, 13:44 
User avatar

Country:  Russia (ru)
ОГРОМНОЕ спасибо ! Большой Брат ! :friends:


Depeche Mode


19 Aug 2009, 15:51 
User avatar

Country:  Russia (ru)
По просьбе многоуважаемого DepAnd..как смог перевел

Это не ты "как смог" перевёл, это оно :comp: - ПО - "как смог" перевёл. :smile:
Давай, отредактируй в литературной форме! :happy: :cool: :smile:


Depeche Mode


19 Aug 2009, 16:05 
User avatar

SEVIGNY: Когда вы говорите о том, что группа заботится о них, вы имеете в виду вы крючком их с билетами?


Depeche Mode


19 Aug 2009, 16:36 
User avatar

Country:  Honduras (hn)
>>> Давай, отредактируй в литературной форме!

У меня 2-ка по литературе...я могу отредоктировать только удалением :cool:


Depeche Mode

Reply to topic Go to page 1, 2  Next

COMMUNITY » | ARCHIVE | » NEWS 2009 | 2020


Depeche Mode

Depeche Mode


Depeche Mode


Depeche Mode

Depeche Mode  Depeche Mode

"Life in the so called Space Age"

2021 | community.depmode.com